Летопись

Святыни

Послушания

Галерея

Прямая трансляция

О гневе'Вверх по структуре / UpНазад / BackВерсия для печати / Print version

            В псалтири есть удивительные слова: уста моя возглаголют премудрость и поучение сердца моего разум. Действительно, только тогда человек может говорить премудро, когда сердце поучается у разума, ну, а если оно вырывается в своих чувствах из-под контроля разума, о какой премудрости может идти речь?

            Так и происходит в страсти гнева.

 

                        О действии страсти.

 

            1) Гнев мучает человека: посмотри на гнев, какие знаки своего мучительства он оставляет. Смотри, что человек делает в гневе: как негодует и шумит, клянет и ругает сам себя и других, и весь трясется, как в лихорадке. Если внешний вид его так неприятен, что же делается в бедной его душе? Как мучает ее этот бес! Видишь какой страшный яд скрыт в душе и как горько он мучает человека! (17, 563).

            2) Гнев губит разумных и теряется рассудительность:

В минуты гнева даже самые даровитые, самые умные  нередко ошибались и произносили такие суждения, которых сами после стыдились (св. Иаков, архиеп. Нижегородский).

            3) Крайняя степень гневливости состоит в том, что человек даже наедине с собой не может успокоиться.

            “Видел я людей, — пишет Иоанн Лествичник, — которые,

            — прогневавшись, отвергали пищу от досады; и этим безрассудным воздержанием яд к яду прилагали;

            — видел и других, которые, воспользовавшись гневом своим, предавались многоядению, и из рва падали в стремнину;

            — видел и разумных, которые, подобно хорошим врачам, от умеренного утешения, данного телу, получали пользу, успокоив душу” (9, 186).

4) Гнев приводит к смерти духа и делает повинным суду.

Гневливость — путь к смерти духа, одержимый гневом человек действует только по страсти, а не по правде.

Поэтому Господь сказал ученикам Своим:

— Аз же глаголю вам, яко всяк гневаяйся на брата своего всуе, повинен есть суду (Мф. 5, 22).

Во время Богослужения, перед тем, как читается в храме Евангелие, т. е. открывается истина о пришествии Христовом и о домостроительстве Божием, есть возглас священника:

— Мир всем!

Все призываются к миру. Почему? Только примирившись с ближними и освободившись от гнева и обид, можно слушать столь великие истины, иначе, разум, помраченный страстью, как может познать Божественное?

 

Причины возникновения страсти.

 

            Эта страсть возникает тогда, когда

            — наши желания не исполняются, а также

            — от гордости и самолюбия: кто гневается на ближнего своего, тот почитает себя высшим его;

            — от тщеславия,

            — кроткий ответ отвращает гнев, а оскорбительное слово возбуждает ярость (Притч. 15, 1);

            — от сребролюбия,

            — от объядения,

            — иногда от блудной страсти.

            Отцом страсти гнева Иоанн Лествичник называет надмение.

Некоторые, желая оправдать скрытое в себе зло, ссылаются на свой “характер”. Но характер формируется и складывается от восприятия самим человеком окружающего мира.

            Делающий добро другим людям приобретает прекрасный характер; и это есть лучшая его награда уже в этом мире. А в будущем мире он будет одного духа с Самим Богом и с мириадами существ спасенного в Боге творения.

            Делающий же зло и потакающий злу других приобретает ужасный характер и становится бичом и несчастьем для окружающих, для своей семьи, для своего народа.

            “Лиха беда начало”, — говорит русская пословица. Стоит лишь начать оправдывать в себе проявления и вспышки зла, как развращение души пойдет само собой.

            Делая какое-либо зло, человек не только впрыскивает в свое сердце смертельный яд, но и брызжет этим ядом на других людей, иногда на самых близких (5, 436-437). Особенно это очевидно в действии страсти гнева. Поэтому Святые Отцы так говорили о гневе:

            Гнев — желание сделать зло ближнему, которое происходит от памятозлобия и затаенной ненависти.

            Гнев — неразумная страсть, которая омрачает и опустошает душу, приводит ее в смятение и человека делает подобным зверю.

            Гнев преп. Феодор Студит называет “диким образом общежития” людей между собой. Правда, часто мы думаем, что гневаемся “праведно”, и поэтому не видим опасности превращения привычки в страсть.

            Гнев есть — воспоминание сокровенной ненависти; желание зла огорчившему

(Иоанн Лествичник).

            Три проявления гнева:

            1) пылом внутри (ярость);

            2) в слове и деле;

            3) бывает короткое время, но сохраняется (памятозлобие).

            “Речная вода, выливаясь из берегов, делается мутной и грязной; так и чувство гнева, выражаясь в словах, грязнит душу говорящего, оскорбляет слушающего и обоих ведет ко греху”

 (свят. Амвросий Медиоланский).

            Гневливость — желание принудить окружающих безоговорочно и безотлагательно прекратить то, что лично тебе не по нраву в их поведении (2, 67).

            Вспыльчивость есть безвременное воспаление сердца.

Раздражительность есть движение нрава и безобразие души (9, 183).

 

             О естественном гневе.

 

1) Святые Отцы говорят, что естественным может быть в человеке гнев на диавола: имеется естественный гнев, без которого невозможно приобрести чистоту: гневаться нужно на все всеваемое в нас врагом (авва Исаия). Гневаться надо не на людей, а на падших духов, искушающих людей.

 Один диавол — непримиримый враг для человека, а тот, на кого ты гневаешься, —  ближний твой, и не нужно гневаться на брата твоего напрасно, подобно псам, которые грызут камень и не трогают бросившего камень. Кто преодолел гнев, тот преодолел демонов.

2) Естественным может быть гнев на свои грехи. Ты гневлив? Будь таким по отношению к своим грехам, бей свою душу, бичуй свою совесть, будь строгим судьей и грозным карателем своих собственных грехов — вот польза гнева, для этого Бог и вложил его в нас. А на того, кто нас обличает, не надо гневаться: мы же не гневаемся на зеркало, которое отражает недостатки нашего лица, так и на людей, которые указывают на наши грехи, не надо гневаться.

            Господь Своим учением призывает истребить гнев, пристрастие к плоти, к богатству, к славе и к настоящей жизни и возводит на самое небо, ибо        

  * терпеть заушения выше, чем быть кротким;

 * отдавать рубашку, т.е. последнее, выше, чем быть милостивым;     

  * переносить обиды выше, чем быть праведным;

  * благословлять гонящего важнее, чем быть гонимым (свят. И.Златоуст).

 

                         Последствия.

 

            1) Развитие других страстей: вражды, самооправдания (9, 192).

            Так говорят Святые:

            — от гнева — крик, негодование, ненависть и даже человекоубийство,

            — где яд гнева и злопомнения, там воспламенение плоти;

            — гнев, если закоснеет, обращается в злопамятность, от которой человеку уже гораздо труднее освободиться (ав. Дорофей);

            — от гнева и ярости рождается хула и хульная мысленная брань, отчаяние.

            2) Гнев губит, умерщвляет душу и удаляет от Бога: гневающийся ... убивает свою душу, потому что всю жизнь проводит в смятении и беспокойстве (17, 563).

            В житии святителя Иоанна Златоуста говорится о безумном гневе царицы Евдоксии и о страшном ее наказаниии при жизни и по смерти.

            Будучи архиепископом Константинопольским, святитель Иоанн за редкий дар проповедничества получил от паствы наименование “Златоуст”. 

            Он жил в IV в., и в это время “в Константинополе царила распущенность столичных нравов, особенно императорского двора.

            Когда императрица Евдоксия, жена императора Аркадия (395-408), распорядилась неправедно относительно вдовы и детей опального вельможи, святой проповедник встал на их защиту. Гордая императрица не уступила и затаила гнев на архипастыря”.

            Теперь постараемся проследить, как этот, казалось бы, маловажный грех, изменил судьбу несчастной царицы.

            “Ненависть Евдоксии к Святителю возрастала и разгорелась с новой силой, когда недоброжелатели сказали ей, что святитель в своем поучении о суетных женщинах имел в виду ее.

            Был собран суд из иерархов, которых раньше справедливо обличал святитель. И этот суд постановил низложить Святого и за оскорбление императрицы предать казни.

            Но император Аркадий заменил казнь изгнанием.

            У храма собрался возбужденный народ, решив защищать своего пастыря. Святитель, чтобы избежать волнений, сам отдал себя в руки властей.

            Той же ночью в Константинополе произошло землетрясение”. Это было первое вразумление от Бога, и “испуганная Евдоксия просила императора срочно вернуть Святого и послала ему письмо, умоляя вернуться.

            Но уже через два месяца новый донос пробудил гнев Евдоксии. В марте 404 г. состоялся еще один неправедный собор, постановивший изгнать святого Иоанна”. И тут уже бедствия посыпались одно за другим:

            — По удалении Святителя из столицы, пожар обратил в пепел здание сената,

            — последовали опустошительные набеги варваров, а

            — в октябре 404 г., в мучениях злой совести, разъедаемая ядом гнева и ненависти, умерла царица Евдоксия.

            Даже язычники видели в этих событиях небесное наказание за неправедное осуждение угодника Божия”.

            Судьба же доброго и боголюбивого Святителя, хотя и наполнена была скорбями, по причине ненависти царицы, но полна была небесных утешений и радости Богообщения.

Страдания Святителя продолжались. Зимой 406 г. он был прикован болезнью к постели, но враги его не унимались. Из столицы пришел приказ перевести святого Иоанна в глухой Птиус (Пицунду, в Абхазии). Истощенный болезнями Святитель, в сопровождении конвоя, три месяца в дождь и зной совершал свой последний переход. В Команах силы оставили его. У склепа святого Василиска (+ок. 308 г.), утешенный явлением мученика:

            — Не унывай, брат Иоанн! Завтра мы будем вместе,

причастившись Святых Таин, вселенский учитель со словами:

            — Слава Богу за все! — отошел ко Господу 14 сентября 407 г.

            Святитель был погребен в Команах.

            Казалось бы, смерть уравняла и обидящего и обидимого, но посмотрим, как Бог прославляет святых Своих.

            “Народ, горевший любовью к святому страдальцу, попросил патриарха Прокла обратиться к императору с просьбой о перенесении святых мощей святителя из Коман в Константинополь. Император Феодосий II (сын царицы Евдоксии), согласился и отправил в Команы особых посланников с серебряной ракой, чтобы с почетом перевезти святые мощи.

            Когда императорские посланцы приступили ко гробу святителя Иоанна, они не смогли взять его мощи. Тогда император, в раскаянии, написал послание Святителю, прося у него прощения за себя и за свою мать. Послание это прочитали у гроба Святителя, положили на него и совершили всенощное бдение. Затем приступили к гробнице, легко подняли мощи и внесли в корабль (гробница Святителя сейчас находится в кафедральном соборе, в городе Сухуми).

            По прибытии мощей Святителя в Константинополь, 27 января 438 г., весь город, во главе с Патриархом Проклом, императором, со всем его синклитом и множеством народа вышел навстречу. Когда Патриарх Прокл открыл гроб, тело Святителя оказалось нетленным, от него исходило благоухание. Припав ко гробу, император Феодосий II со слезами просил святителя простить его мать, говоря от ее имени словами:

            — Помоги мне, святый отче, во славе своей, которую ты принял от Бога и, прежде, чем я буду осуждена на Страшном суде Христовом, прости меня.

            Говоря это, он не переставал плакать. После этого гроб царицы Евдоксии остановился от своего долговременного сотрясения.

            Когда рака святого Иоанна Златоуста была поставлена на патриаршем престоле, весь народ едиными устами воскликнул:

            — Приими престол свой, отче! — и Патриарх Прокл со многими, стоявшими у раки, увидели как святитель Иоанн открыл уста свои и произнес:

            — Мир всем!

(Минея. Январь. Издание Московской Патриархии. — М., стр. 404-406).

            Вот так описывается в Минее житие Святителя Иоанна Златоуста, великого святого, мощи которого благоговейно почитаются всеми, любящими Бога и Его святых, и являющимися местом паломничества, потому что велика помощь святого, вселенского учителя, который среди всех страданий являл пример верности, преданности и горячей любви к Богу, а также чрезвычайной доброты, мудрости и Богом благословенного служения людям. Место захоронения царицы Евдоксии давно забыто, но ужас, который наводило на людей сотрясение гроба, живет в памяти народной и после смерти царицы, при жизни порабощенной страстью гнева.

 

                       Способы борьбы.

 

            1) Если гнев возникает тогда, когда наши желания не исполняются, то  для того, чтобы победить его, нужно “предоставить жизнь нашу воле Божией”, т.е. помнить, что не только человек живет на Земле, но есть еще Премудрый Бог, Который может нам помочь.

            2) Примиряться с тем, на кого гневался.

            а) Примиряться быстрее: солнце да не зайдет во гневе вашем (Еф. 4, 26), — говорит Апостол, т.е. примириться с тем, кто нас обидел или кого мы обидели, необходимо даже до захода солнца, чтобы душа успокоилась и любое дело, которое бы мы ни делали, не омрачалось ни воспоминаниями, ни чувствами злыми.

            б) Чтобы победить гневные состояния, Святые Отцы советуют молчать: сначала во время гнева учись ничего не говорить, молчать, хотя бы кипело сердце твое. Если не скажешь ни слова, то ты уже одержал победу.

            Почему же Святые Отцы советуют молчать во время гневных состояний? Потому, что гнев правды не творит, т.е. когда чувства захлестывает буря гнева, то ум уже не способен действовать справедливо и разумно.

            в) Когда мы научимся молчать, то затем уже необходимо бороться с самими гневными помыслами (7, 146).

            Гневаться на других людей мы можем из-за двух разных состояний:

            — либо нас обидели, и мы начинаем гневаться на обидчика,

            — либо мы гневаемся, обижая других.

            Поэтому есть разные способы борьбы с гневом.

            *Если нас обидели, то, прежде чем вспыхнет гнев, Святые советуют вспомнить что-нибудь доброе о том, на кого гневаемся, или о том добром, что сделал нам этот человек когда-нибудь.

            * Но если это не помогает, то хорошо бы подумать о своих грехах и недостатках и молиться в сердце своем о том, кто нас обидел.

            * Но если и это не помогает и гневные мысли склоняют к злопамятству и ярости, чтобы воздать зло оскорбившему нас, тогда мы должны вспомнить слова Господа: аще не отпустит каждый брату своему от сердец ваших прегрешения их, ни Отец ваш Небесный не простит вам согрешений ваших (Мф. 18, 35).

            Итак, “всякий, кто хочет получить прощение своих согрешений, прежде сам должен от сердца простить брата своего; ибо Господь повелел просить оставления долгов, если и мы оставляем”.

            * Если мы гневаемся, обижая других, то это гораздо хуже, и примирение может наступить только тогда, когда мы попросим прощения за свой гнев и обиду. Если же мы не примиримся, то это послужит началом нашего отчуждения от человека, которого мы обидели.

            Старец Паисий всегда настаивал, чтобы приходящие к нему старались исправлять свою недоброжелательность по отношению к другим, изменяя свои помыслы на добрые. Он говорил:

            — Когда брат имеет испорченный помысел, нам нужно добротой и смирением постараться его исправить. И это наш долг.

            Очень интересно, что Старец ложный помысел о другом называет испорченным. Как невозможно съесть испорченные продукты, так и не годятся для души испорченные помыслы.

            — Смотрите, — рассказывал Старец, — как ошибаются, принимающие испорченные помыслы:

            — Однажды я сидел на дворе и ел два помидора без масла, порезав их на тарелке, с кусочком сухаря, думал я о благодеяниях Божиих ко мне и меня охватила слезная жалость за мою неблагодарность о великих благодеяниях Божиих, и я плакал, не в состоянии есть. Итак, когда я находился в этом состоянии, пришел неожиданно к загородке молодой человек, который несколько дней назад хотел, чтобы я принял его в послушники.

            Тотчас, чтобы он не видел меня плачущим, вошел я в келлию, поставил тарелку и умыл немного лицо, прибрался и потом пошел открывать.

            Он, в искушении, говорит:

            — Так что, так, э? И ты считаешь его аскетом! Мясо ел и, как только меня заметил, сразу скрылся, чтобы я не увидел тебя. Теперь я понял, кто ты есть на самом деле!

            Я засмеялся, не оправдывался, но удивился тому, что он так подумал и что возделывал плохие помыслы (42, 72-73).

            Испорченные помыслы друг против друга часто являются причиной ссоры, гнева и других тяжелых состояний. Поэтому духовники, — говорил Старец, — должны прилагать внимание к исправлению испорченных помыслов. Но, к сожалению,  многие или соглашаются с теми, кто не имеет добрых помыслов, или портят еще хуже помыслы других. Вот пример.       

            Приходит к духовнику брат и говорит:

            —  Такой-то, отче, сказал мне это, сделал мне то, или так обошелся со мной.

            Жалуясь на брата, он обнаружил перед духовником свои испорченные помыслы. Тогда, вместо того чтобы исправить его и снова привести к любви, духовник подходит к проблеме совершенно по-мирскому и, чтобы показаться хорошим, говорит брату:

            —  Э, разве ты не знаешь его? Только теперь узнаешь, что он такой-то? Оставь его, не придавай значения, не занимайся с ним.

            Так брат псевдоуспокаивает свой помысел через духовника и старца, но продолжает сохранять свою брань на брата, оправдывая себя и обвиняя его.

            Другой же, обвиняемый, брат идет к духовнику и укоряет первого брата. Духовник встречает его тем же самым способом - успокаивает и его по-мирскому, и оставляет его сохранять испорченным помысел на брата.

            — Я, — говорит Старец, — этим способом и диавола успокою, если захочу, не только братьев.

            Но смотри, что потом бывает, поскольку существует Божественная правда. Братья, так как один на другого продолжают иметь испорченный помысел, доходят до такого момента, когда от гнева хватаются за руки, и один начинает говорить другому:

            — Ах ты так! Даже и духовник, с которым я беседовал, имеет о тебе такое же мнение.

            Тут оба они устанавливают, что духовник хотел показаться хорошим им обоим, сказав одинаково.

            Итак, результат — духовником испорчен помысел обоих, т.е. он не примирил, не успокоил каждого, а оставил каждого при своем мнении. Правильное же решение совсем другое:

            — Приходит глава семьи, хватает меня руками и говорит, что жена его такая-сякая, обращается с ним таким образом, и, вообще, говорит все то, что ему напортил его помысел.

            Но я вижу все это мягче и начинаю ее оправдывать. В конце говорю, что нужно славить Бога, Который дал ему такую жену, и что он является причиной и поводом того, что ушла от них любовь. Объясняю ему проблему и вновь возвращаю к любви, убеждая в том, что сам он виноват и что нужно отбросить эти помыслы. То же самое делаю, когда приходит и жена его. Ругаю и ее, и оба они, исправляя испорченный помысел один на другого, приходят к любви. Понимают, конечно, и меня, бранившего их, потому что видят, что цель моя была - восстановить в них любовь (42, 74-76).

 

            г) Нельзя не только гневаться, но и творить зло не только делом или словом, но и видом, ибо иной может и одним взором оскорбить брата своего, а СЛЕДУЕТ ГНЕВНЫЕ ПОМЫСЛЫ НЕМЕДЛЕННО ОТМЕТАТЬ, более того, когда гнев хочет “войти в твою душу и соединиться с нею, то отгоняй его как бешеного пса”

(Святитель Иоанн Златоуст).

3) Бороться с гневом помогает послушание, т.е. постоянное отсечение своей воли.

Недавно был такой случай. Одна хозяйка дома, Татьяна, добрая христианка, по благословению духовного отца, приняла в свой дом на время обучения молоденькую девушку, студентку. Но вскоре возник конфликт, поскольку та поздно возвращалась с лекций, и тем доставляла неудобство приютившей ее хозяйке. Вскоре, в гневе, хозяйка пошла к духовнику жаловаться на все трудности с просьбой освободить ее от этого послушания.

Когда, вскипевшая обидой студентка пришла к духовному отцу, то он дал ей пакет с сухой рыбой и сказал:

— Иди, иди к Татьяне, попейте чайку.

Как же нелегко было преодолеть обиду и пойти все-таки “пить чай”, но понимая, что послушание надо выполнить, она пошла, и когда пришла в дом, протянула пакет с рыбой, процедив сквозь зубы:

— Батюшка послал чай пить, ну а я не очень-то хочу.

— Пришла, так садись, — сердито, но с мудрой рассудительностью ответила хозяйка.

И каково же было их изумление, когда, открыв пакет с рыбой, они увидели, что верхнюю уже начали подъедать червячки!         

 — Да, недаром батюшка дал эту рыбу! Ведь это мы с тобой!

Дружно поскорбев, они дружно попили чай и... сердечно примирились, посетовав, что гнев так может возмущать, лишая покоя, радости и доброго общения. А послушание, как ни трудно бывает его выполнить, приносит свои добрые плоды.

 

            4) Обращать гнев на свои согрешения.

Великим постом во время Богослужений читается молитва Ефрема Сирина. У А. С. Пушкина есть чудесное стихотворение, посвященное этой молитве:

            Отцы пустынники и жены непорочны,

            Чтоб сердцем возлетать во области заочны,

            Чтоб укреплять его средь дольних бурь и битв,

            Сложили множество божественных молитв;

            Но ни одна из них меня не умиляет,

            Как та, которую священник повторяет

            Во дни печальные Великого поста;

            Всех чаще мне она приходит на уста

            И падшего крепит неведомою силой;

            Владыко дней моих! дух праздности унылой,

            Любоначалия, змеи сокрытой сей,

            И празднословия не дай душе моей.

            Но дай мне зреть мои, о Боже прегрешенья,

            Да брат мой от меня не примет осужденья,

            И дух смирения, терпения, любви

            И целомудрия мне в сердце оживи.

Если Церковь призывает к молитве, в которой испрашивается особая помощь Божия, чтобы увидеть свои согрешения, то сделаем вывод, что не так-то легко увидеть свои грехи и признать свою вину даже в очевидных ситуациях. Так эгоизму свойственно оправдывать свои действия. Поэтому Святые старались через покаяние стяжать смирение.

 

5) Необходимо стяжать смирение.

а) Смирение может начинаться и с молчания. Молчание помогает преодолеть гнев. Когда почувствуешь в себе сильный приток гнева, старайся молчать. А чтобы и само молчание принесло тебе более пользы, обращайся мысленно к Богу и читай про себя в это время какие-либо краткие молитвы, особенно молитву Иисусову (Отечник).

            б) Смирение может проявляться и в молитве за оскорбившего нас.                — Если восстанет на нас брань, то великая победа бывает, когда мы молимся за оскорбившего нас словами аввы Дорофея: помилуй, помоги, Господи, брату моему и, ради его молитв, помилуй и меня грешнаго.

            в) Смирение выражается и в добрых помыслах за обидевших нас.

Старец Паисий говорил:

            — Все принимайте с добрыми помыслами. Да не будет иначе.

            Он рассказывал:

            — Как-то раз я ехал в автобусе. Что там творилось! Кто-то сказал водителю, чтобы он сделал магнитофон потише, чтобы помочь мне и проявить уважение к моему чину. А водитель сделал звук еще громче. Я читал молитву и мне совершенно не мешали песни, которые я слышал. И я мысленно сказал себе:

            — Если, Боже сохрани, выше по пути случилось бы несчастье, и люди бы в нашей машине пострадали: у одного сломана нога, у другого пробита голова, один ребенок кричит, другой — искалечен, — как бы я перенес вид всего этого? Слава Тебе, Боже, — сказал я, — люди пока в порядке и, вообще, слышится песня. А тому, что они шумят, я нашел противовес — собственное псалмопение. Они — свое, а я — молитву (39, 148).

            г) Смирение появляется при познании себя. Старец Паисий говорил:

            — При всяком подвиге смирение должно преобладать. Если не смиришься, то в силу вступает духовный закон: всякий возвышающий себя, унижен будет. Когда мы познали себя, тогда смирение приходит естественным путем и становится состоянием человека. Если мы не познаем себя, то будем играть не по правилам и диавол подбросит нам мысль, что мы что-то значим. Давайте же поймем, что мы — ничто.  Давайте повторять до самого смертного часа: сегодня мы есть, а завтра нас нет (39, 146).

            Познать себя помогают следующие рассуждения Старца в ответ на вопрос, который часто задают ему:

            — Старец, Вы говорите, что нужно иметь хороший помысл. Но мы расскажем Вам о случае и хотим знать, что Вы нам посоветуете ответить. Приходят несколько человек и говорят: такой-то священник берет много денег за таинства, такой-то курит много сигарет и ходит в кафетерии, другой, говорят, — аморальный, и, вообще, обвиняют клириков и представляют доказательства? Этим людям что можем ответить?

            Тогда Старец начал им говорить:

            — Познал я из опыта, что в этой жизни люди разделяются на две категории. Третьей не существует: или в одной будет, или в другой. Итак, одна категория людей подобна мухе. Муха имеет следующую особенность: летит всегда и садится на все грязное. Например, если в саду много благоухающих цветов и в углу сада животное сделало нечистоту, тогда сразу спустится и сядет на нее и начнет копаться в ней, наслаждаясь зловонием, возникающим от ворошения, и не может оторваться.

Если бы ты ее поймал, и она могла бы говорить, и спросил, не знает ли она, где есть розы, то та ответила бы, что не знает, что это такое.

            — Я, — скажет, — знаю, где есть помойки, туалеты, нечистоты животных, столовые, грязь.

            Одна часть людей похожа на муху. Это — категория людей, которые научились думать и искать злое, не зная и не желая никогда стоять в добре.

            Другая категория людей похожа на пчелу. Особенность пчелы — находить и садиться на красивое и сладкое. Скажем, например, что в помещении, полном нечистот, кто-то поставил в углу лукум. Если принесем туда пчелу, она будет летать и нигде не сядет до тех пор, пока не найдет лукум, и только там остановится.

            И если бы теперь ты поймал эту пчелу и спросил, где есть помойки, она скажет, что не знает. Скажет:

            — Там есть гортензии, там — розы, там — фиалки, там — мед, там — сахар, там — лукум — и, вообще, будет знатоком всего доброго и не будет иметь совершенно никакого понятия о всем злом. Добрые помыслы и думают, и видят хорошее.

            Когда по улице идут два человека, принадлежащие к этим двум категориям, тогда, придя на то место, где некий третий сделал “по нужде”, человек первой категории возьмет палку и станет ковырять нечистоты.

            Но когда пройдет другой, второй категории, похожий на пчелу, то постарается найти место и прикопать их землей, чтобы не почувствовали другие прохожие зловоние, исходящее от грязи.

            И закончил Старец:

            — Я тем, кто приходит и обвиняет других — и меня утруждает, — говорю этот пример и предлагаю выбрать, в какой категории они хотят находиться, и соответственно определить и тех людей, которых обвиняют (42, 69-70).

            Однако в этом рассуждении Старец ни в коем случае никого не осуждал. Когда он, например, видел брата, впадающего в грех, или нераскаявшегося, или неверующего, говорил в помысле:

            — Я виноват, что брат этот в таком состоянии, ибо если бы я делал все, что велит Христос, тогда и Он услышал бы мою молитву и брат не пребывал бы в этом состоянии: сейчас, однако, пребывает по причине моего жестокого состояния.

            Так думал он всегда и делал проблему братьев своей, и постоянно молился Богу, прося Его помочь всему миру, который, согласно его мнению, страдал по причине его нерадения и духовной праздности. И Бог, обещавший слушать смиренных, всегда слышал его молитвы, исходившие из сердечного “камина”, который согревался благочестием и смиренномудрием (42, 17).

Так Старец говорил:

            — В начале, какую бы борьбу ты ни вел, — естественно, с помощью Божией благодати, — бывают взлеты и падения. Только когда возрастет Божественная любовь, весь мусор, который рассыпает диавол, сгорает. Сердце пылает, и ничего к нему не может прилипнуть (39, 153), и тогда смирение души не позволит гневаться на других.

 

            д) При смирении добрые помыслы во время скорби приближают к любви к врагам. 

            Однажды посетили старца Паисия двое или трое отцов, и тот беспрерывно говорил им о том, что нужно иметь хорошие помыслы. Взял даже Ветхий Завет и прочел им отрывок, где говорится о царе Дарии, который бросил пророка Даниила в ров со львами (Дан. 6, 14-28). Старец толковал им событие, когда Дарий утром пришел один и открыл ров, чтобы посмотреть, съели ли его львы, и спросил:

            — Даниил, раб Бога Живаго! Бог твой, Которому ты неизменно служишь, мог ли спасти тебя от львов?

            Тогда Даниил сказал царю:

            — Царь! Во веки живи!

            Тогда царь чрезвычайно возрадовался о нем (Дан. 6, 20-23).

            На что старец сказал:

            Если бы пророк Даниил имел плохие помыслы, то сказал бы ему:

            — Не стыдно ли тебе, бросил меня на съедение львам, и теперь спрашиваешь, как дела?

            Но он имел всегда хороший помысел, потому и Бог “известил” и львов даже.

            Также, когда и три отрока были несправедливо брошены в печь, не имели помыслов против Бога и не говорили:

            — Почему, Боже наш, в то время как мы любили закон Твой, Ты оставляешь нас, и нас бросили в печь?

            Но что они говорили? Обвиняли себя и славословили Бога, говоря:

            — Благословен еси Господи, Боже отец наших, и хвально и прославлено имя Твое во веки. Ибо праведен Ты во всем, что сотворил нам... и суды истинны сотворив во всем, что навел на нас, потому что по истине и по суду навел Ты все это на нас за грехи наши, ибо согрешили мы и поступали беззаконно, отступив от Тебя и во всем согрешили и заповедей Твоих не слушали и не соблюдали, и не поступали, как Ты повелел нам, чтобы нам было благо (Дан. 3...)

            — Видите, — говорит нам Старец, — какой добрый помысел, замешенный на смиренномудрии, имели три отрока?

            Один хороший помысл делает львов ягнятами и седьмижды разженную печь превращает в райскую росу и прохладу. Всем нашим проблемам нужно противостоять терпением, добрым помыслом и смирением, чтобы могла нам помогать благодать Божия.

            * Святые, имеющие смирение, обрели благодать; они не только не воздавали злом тем, кто их обижал, но молились за них, не осуждая их за недостатки, и радовались их исправлению, когда они приходили в чувство.

           

                         О победе над страстью.

            Не тогда узнаешь, что ты совершенно избавился от сей гнилости, когда

            — помолишься об оскорбившем,

            — или за зло воздашь ему дарами,

            — или пригласишь его на трапезу,

            — но когда, услышав, что он впал в некое злоключение душевное или телесное, восскорбишь о нем, как о себе, и прослезишься (9, 196).

 

           

Есть разновидность гнева — ЗЛОПАМЯТСТВО.

            Гнев обращается в злобу и злопамятство, когда долго удерживается и питается в сердце. Поэтому и велит Господь скоро пресекать его, чтобы не перерос в ненависть и злобу.

            Как пожар, если его не потушить сразу, многие испепеляет дома, так и гнев, если вскоре не прекратится, много зла учинит и бывает виной многих бед (Тихон Задонский).

            Памятозлобие есть — исполнение гнева,

            — ненависть к правде,

            — червь ума,

            — ржавчина души,

            — гвоздь, вонзенный в душу,

            — неприятное чувство,

            — грех непрестающий,

            — злоба повсечастная (9, 194).

            Злопамятство искореняется

            —  молитвой за причиняющих скорби

            — и благословением их.

            Если же попустишь сердцу твоему ожесточиться злопамятством и оправдаешь свой гнев гордостью, то отвратится от тебя Господь Бог твой, и будешь предан страданию и скорби, какие уготовал себе. Но об этом подробнее остановимся в следующей главе.

 

© novogolutvin.ru
Публикации о монастыре

Лавка

Новости

Слово паломнику

Богослужение

Дети

Карта сайта

Главная

Почта

Поиск
Слово о монашестве